Google+

Ghost Story after A.M. Burrage

Ghost Story after A.M. Burrage

Ghost Story after A.M. Burrage


It was Christmas Eve, and there were fourteen of us in the house. After a good dinner, we were all in the mood for fun and games. When somebody suggested hide and seek, there were loud shouts of agreement. The only person who refused to play hide and seek was Jackson.
‘I’m sorry. I won’t play hide and seek,’ he said with a shy little smile.
‘Aren’t you feeling well?’ someone asked. ‘I’m perfectly all right, thank you,’ he said. ‘But still I’m not playing hide and seek.’ ‘Why not?’ someone asked.
He hesitated for a moment, then he said, ‘I sometimes go and stay at a house where a girl was killed. She was playing hide and seek in the dark. She didn’t know the house very well. There was a door that led to the servants’ staircase but she thought the door led to a bedroom. She opened the door and jumped — and fell down to the bottom of the stairs. She broke her neck, of course.’
We all looked serious. Mrs Fernley said, ‘How terrible! And were you there when it happened?’
‘No,’ said Jackson, ‘but I was there when something else happened. Something worse.’ ‘What could be worse than that?’

‘This was,’ said Jackson. ‘Have you ever played a game called “Smee”? It’s much better than hide and seek. The name comes from “It’s me”, of course. Every player is given a sheet of paper. All the sheets are blank but one of them has ‘Smee” written on it. Nobody knows who “Smee” is except ‘Smee” himself — or herself. You turn out the lights, and ‘Smee” goes quietly out of the room and hides. After a time the others go off to search for ‘Smee” — but of course they don’t know who they are looking for. When one player meets another he challenges him by saying, ‘Smee”. The other player answers ‘Smee”, and they continue searching.
‘But the real ‘Smee” doesn’t answer when someone challenges. The second player stays quietly beside him until they are discovered by a third player. He will challenge and receive no answer, and he will join the first two. This goes on until all the players are in the same place. The last one to find ‘Smee” has to pay a forfeit. It’s a good, noisy, amusing game. In a big house it often takes a long time for everyone to find “Smee”. Perhaps you’d like to try. I’ll happily pay my forfeit and sit here by the fire while you play.’
‘It sounds a good game,’ I remarked. ‘Have you played it too, Jackson?’
‘Yes,’ he answered. ‘I played it in the house that I was telling you about.’
‘And she was there? The girl who broke — .’ Jackson thought for a moment. ‘I’m afraid she was. I know that there were thirteen of us playing the game, and there were only twelve people in the house. And I didn’t know the dead girl’s name. When I heard that whispered name in the dark, it didn’t worry me. But I tell you, I’m never going to play that kind of game again. It made me quite nervous for a long time. I prefer to pay my forfeit at once!’
We all stared at him. His words did not make sense at all.
Tim Vouce was the kindest man in the world. He smiled at us all.
‘This sounds like an interesting story,’ he said. ‘Come on, Jackson, you can tell it to us instead of paying a forfeit.’
‘Very well,’ said Jackson. And here is his story.
Have you met the Sangstons? They are cousins of mine, and they live in Surrey. Five years ago they invited me to go and spend Christmas with them.
Well, I went down for that Christmas.
Unfortunately, I was the last to arrive, and I was only just in time for dinner. I said ‘Hallo’ to everyone I knew, and Violet Sangston introduced me to the people I didn’t know. It was time to go in to dinner and everyone was in rather a hurry. That is perhaps why I didn’t hear the name of a tall, dark-haired beautiful girl whom I hadn’t met before. She didn’t look at all friendly, but she looked interesting, and I wondered who she was. I didn’t ask, because I was sure that someone would speak to her by name during the meal.
There were twelve of us, including the Sangstons themselves. We were all young — or trying to be young. Jack and Violet Sangston were the oldest, and their seventeen-year-old son Reggie was the youngest. It was Reggie who suggested ‘Smee’ when the talk turned to games. He told us the rules of the game, just as I’ve described them to you. Jack Sangston warned us all. ‘If you are going to play games in the dark,’ he said, ‘please be careful of the back stairs on the first floor. A girl really did break her neck on those stairs.’ I asked how it happened.
‘It was about ten years ago, before we came here. There was a party and they were playing hide and seek. This girl was looking for somewhere to hide. She heard somebody coming, and ran along the passage to get away. She opened the door, thinking it led to a bedroom, and fell straight down to the bottom of the stairs.’
We all promised to be careful. Well, we all started the game after dinner.
We prepared twelve sheets of paper. Eleven of them were blank, and one of them had ‘Smee’ written on it. Young Reggie Sangston mixed them all up, then we each took one. I looked at mine and saw that it was blank. A moment later, all the electric lights went out.
In the darkness I heard someone moving very quietly to the door.
After a minute somebody blew a whistle, and we all rushed to the door. I had no idea who was ‘Smee’. For five or ten minutes we were all rushing up and down the house, challenging each other and answering,
‘Smee? — Smee!’.
After a while, the noise died down, and I guessed that someone had found ‘Smee’.
After a time I found a group of people all sitting on some narrow stairs. I challenged, and received no answer. So ‘Smee’ was there.
I hurriedly joined the group. Jack Sangston was the last to arrive, and was given a forfeit.
‘I think we’re all here now, aren’t we?’ he remarked. He lit a match, looked up the staircase and began to count.
‘…Nine, ten, eleven, twelve, thirteen,’ he said, and then laughed. ‘That’s silly — there’s one too many!’
The match went out, and he lit another and began to count. He got as far as twelve, then he looked puzzled.
‘There are thirteen people here!’ he said. ‘I haven’t counted myself yet.’
‘Oh, nonsense!’ I laughed. ‘You probably began with yourself, and now you want to count yourself twice.’
His son took out his electric torch. It gave a better light than the matches, and we all began to count. Of course there were twelve of us. Jack laughed. ‘Well,’ he said, ‘I was sure I counted thirteen.’
From halfway up the stairs Violet Sangston spoke nervously. ‘I thought there was somebody sitting two steps above me.’
Just for a moment there was an uncomfortable something in the air. A cold finger seemed to touch us all. Then we laughed at ourselves and felt normal again.
There were only twelve of us, and that was that. Still laughing, we ran back to the sitting-room to begin again.
This time I was ‘Smee’. Violet Sangston found me while I was searching for a hiding place. That game didn’t last long. Soon there were twelve people and the game was over. Violet felt cold, and wanted her jacket. Her husband went up to their bedroom to fetch it. As soon as he’d gone, Reggie touched me on the arm. He was very pale. ‘Quick!’ he whispered, ‘I’ve got to talk to you. Something horrible has happened.’
We went into the breakfast-room. ‘What’s the matter?’ I asked.
‘I don’t know. You were ‘Smee” last time, weren’t you? Well, of course I didn’t know who “Smee” was. While Mother and the others ran to the west side of the house and found you, I went east. There’s a deep wardrobe in my bedroom. It looked like a good hiding-place. I thought that perhaps ‘Smee” might be there. I opened the door in the dark — and touched somebody’s hand. ‘Smee?”I whispered. There was no answer. I thought I’d found ‘Smee”.
‘Well, I don’t understand it, but I suddenly had a strange, cold feeling. I can’t describe it, but I felt that something was wrong. So I turned on my electric torch and there was nobody there. What do you think?’ ‘You imagined that you touched a hand,’ I said.
He gave a short laugh. ‘I knew you would say that,’ he said. ‘Of course I imagined it. That’s the only explanation, isn’t it?’
Together we returned to the sitting-room for another game of ‘Smee’. The others were all ready and waiting to start again.
I had a feeling that nobody was really enjoying the game any more, that something was wrong. All the fun had gone out of the game. Why did I have this feeling? Because Jack Sangston had counted thirteen people instead of twelve? Because his son imagined he had touched someone’s hand in an empty wardrobe? Something deep inside me was trying to warn me. ‘Take care,’ it whispered. ‘Take care.’
Well, we started again. While we were all looking for the unknown ‘Smee’ we were all as noisy as ever. But it seemed to me that most of us were just acting. We were no longer enjoying the game. At first I stayed with the others. But for several minutes no ‘Smee’ was found. I left the main group and started searching on the first floor at the west side of the house. And there, while I was feeling my way along, I bumped into a pair of human knees.
I put out my hand and touched a soft, heavy curtain. Then I knew where I was. There were tall, deep windows with window- seats at the end of the passage. Somebody was sitting in a corner of one of the window-seats, behind a curtain.
‘Aha!’ I thought, ‘I’ve caught ‘Smee”!’ So I pulled the curtain to one side — and touched a woman’s arm.
It was a dark, moonless night outside so I couldn’t see the woman.
‘Smee?’ I whispered.
There was no answer. When ‘Smee’ is challenged, he — or she — does not answer. So I sat down beside her to wait for the others. Then I whispered, ‘What’s your name?’
And out of the darkness beside me the whisper came: ‘Brenda Ford.’
I did not know the name, but I guessed at once who she was. That was the tall, pale, dark girl. So here she was sitting beside me on the window-seat, shut in between a heavy curtain and a window. I was beginning to enjoy the game. I wondered if she was enjoying it too. I whispered one or two rather ordinary questions to her, and received no answer.
‘Smee’ is a game of silence. It is a rule of the game that ‘Smee’ and the person or persons who have found ‘Smee’ have to keep quiet. This, of course, makes it harder for the others to find them. But there was nobody else about. I wondered, therefore, why she didn’t want to talk. I spoke again and got no answer. I began to feel a little annoyed. ‘Perhaps she is one of those cold, clever girls who have a poor opinion of all men,’ I thought. ‘She doesn’t like me, and she is using the rules of the game as an excuse for not speaking. Well, if she doesn’t like sitting here with me, I certainly don’t want to sit with her!’ I turned away from her. ‘I hope someone finds us soon,’ I thought.
As I sat there, I felt really uncomfortable beside her. The feeling of something wrong, something unnatural, was growing. I remembered touching her arm, and I trembled with horror. I wanted to jump up and run away. I prayed that someone else would come along soon.
Just then I heard light footsteps in the passage and a woman’s hand touched my shoulder. ‘Smee?’ whispered a voice that I recognized at once. It was Mrs Gorman. Of course she received no answer. She came and sat down beside me, and at once I felt very much better.
‘It’s Tony Jackson, isn’t it?’ she whispered.
‘Yes,’ I whispered back.
‘You’re not ‘Smee”, are you?’
‘No, she’s on my other side.’
‘Hallo, ‘Smee’”, she said.. ‘How are you? Who are you? Oh, is it against the rules to talk? Never mind, Tony, we’ll break the rules. Do you know, Tony, this game is beginning to annoy me a little. I hope they aren’t going to play it all evening. I’d like to play a nice quiet game, all together beside a warm fire.’
‘Me too,’ I agreed.
‘There’s something rather unhealthy about this game. I can’t get rid of the feeling that we’ve got an extra player… somebody who ought not to be here at all.’
That was exactly how I felt, but I didn’t say so.
‘I wonder when the others will find us?’ said Mrs Gorman.
After a time we heard the sound of feet, and young Reggie’s voice shouting, ‘Hallo, hallo! Is anybody there?’
‘Yes,’ I answered.
‘Is Mrs Gorman with you?’
‘Yes.’
‘What’s happened to you? You’ve both got forfeits. We’ve all been waiting for you for hours.
‘But you haven’t found ‘Sinee”yet,’ I said.
‘You haven’t, you mean. I was ‘Smee” this time.’
‘But ‘Smee”is here with us!’ I cried.
‘Yes,’ agreed Mrs Gorman.
The curtain was pulled back and we sat looking into the eye of Reggie’s electric torch. I looked at Mrs Gorman, and then on my other side. Between me and the wall was an empty place on the window-seat.
‘There was somebody there,’ I said, ‘because I touched her.’
‘So did I,’ said Mrs Gorman, in a trembling voice.
Reggie gave a nervous little laugh. I remembered his unpleasant experience earlier that evening. ‘Someone’s been playing jokes,’ he said. ‘Are you coming down?’
When we came down to the sitting-room, I went up to the tall, dark girl.
‘So you pretended to be ‘Smee”, and then went away!’ I accused her.
She shook her head.
Afterwards we all played cards in the sitting-room, and I was very glad. Some time later, Jack Sangston wanted to talk to me. I could see that he was rather angry with me, and soon he told me the reason.
‘Tony,’ he said, ‘If you are in love with Mrs Gorman, that’s your business, but you kept everyone waiting. It was very rude of you!’
‘But we were not alone!’ I protested. ‘There was somebody else there — somebody who was pretending to be ‘Smee”. I believe it was that tall, dark girl, Miss Ford. She whispered her name to me. Of course, she refused to admit it afterwards.’
Jack Sangston stared at me. ‘Miss who?’ he breathed.
‘Brenda Ford, she said.’
Jack put a hand on my shoulder. ‘Look here, Tony,’ he said, ‘I don’t mind a joke, but enough is enough. We don’t want to worry the ladies. Brenda Ford is the name of the girl who broke her neck on the stair . She was playing hide and seek here ten years ago.’

Рассказ о привидении (А. М. Баррэдж)

Это был канун Рождества, и в доме нас было четырнадцать. После хорошего обеда, мы все были в настроении развлечься и поиграть. Когда кто-то предложил прятки, были громкие крики согласия. Единственным человеком, который отказался играть в прятки, был Джексон.
«Простите. Я не буду играть в прятки», сказал он с застенчивой улыбкой.
«Ты чувствуешь себя нехорошо?», спросил кто-то. «Я в полном порядке, спасибо», сказал он, «но до сих пор я не играл в прятки». «Почему?», спросил кто-то.
Он помедлил, потом сказал: «Я иногда ездил и останавливался в доме, где была убита девочка. Она играла в прятки в темноте. Она не очень хорошо знала дом. Была дверь, которая вела к лестнице слуг, но ей показалось, что дверь вела в спальню. Она открыла дверь и прыгнула — и упала вниз к основанию лестницы. Она, конечно же, сломала шею».
Мы все выглядели серьезными. Миссис Фернли сказала: «Какой ужас! И ты был там, когда это случилось?»
«Нет», сказал Джексон, «но я был там, когда что-то еще произошло. Что-то еще хуже». «Что может быть хуже, чем это?»
«Но это было», сказал Джексон. «Вы когда-нибудь играли в игру под названием Сми? Это гораздо лучше, чем в прятки. Название происходит от «Это я», конечно. Каждый игрок получает лист бумаги. Все листы чистые, но на одном из них написано Сми. Никто не знает, кто является Сми, кроме самого Сми. Вы выключаете свет, и Сми тихо выходит из комнаты и прячется. Через некоторое время другие уходят искать Сми, но, конечно, они не знают, кого они ищут. Когда один игрок встречает другого, он бросает ему вызов, говоря: «Сми». Другой игрок отвечает «Сми», и они продолжают поиск.
Но настоящий Сми не отвечает, когда кто-то бросает ему вызов. Второй игрок тихо стоит рядом с ним, пока они не будут обнаружены третьим игроком. Он бросит вызов и не получит никакого ответа, и он присоединится к первым двум. Это продолжается, пока все игроки не соберутся в одном месте. Последний, кто найдет Сми, должен заплатить неустойку. Это хорошая, шумная, забавная игра. В большом доме часто требуется много времени, чтобы найти «Сми». Может быть, вы хотели бы попробовать. Я с удовольствием заплачу неустойку и посижу здесь у костра, в то время пока вы играете.
«Похоже, это хорошая игра», заметил я. «Ты тоже в нее играл, Джексон?»
«Да», ответил он. «Я играл в доме, о котором я вам говорил».
«И она была там? Девочка, которая сломала …» Джексон задумался на мгновение. «Боюсь, что она была. Я знаю, что было тринадцать игроков, но в доме было всего двенадцать человек. И я не знал имя погибшей девочки. Когда я услышал, что имя прошептали в темноте, меня это не беспокоило. Но я вам скажу, что я никогда не буду играть в такую игру снова. Это заставило меня нервничать в течение длительного времени. Я предпочитаю сразу же оплатить неустойку!»
Мы все смотрели на него. Его слова вообще не имели смысла.
Тим Воус был добрейшим человеком в мире. Он улыбнулся всем нам.
«Это интересный рассказ», сказал он. «Давай, Джексон, ты можешь рассказать его нам вместо того, чтобы платить неустойку».
«Очень хорошо», сказал Джексон. И вот его история.
Вы знакомы со Сэнгстонами? Это мои двоюродные братья и сестры, и они живут в графстве Суррей. Пять лет назад они пригласили меня приехать и провести с ними Рождество.
Ну, я поехал на то Рождество.
К сожалению, я был последним кто приехал и я поспел только к ужину. Я сказал: «Здравствуйте» всем, кого я знал, и Вайолет Сэнгстон познакомила меня с людьми, которых я не знал. Было время ужина и все довольно спешили. Может поэтому я не услышал имя высокой, темноволосой красивой девушки, которую я еще не встречала раньше. Она вовсе не выглядела дружелюбной, но она выглядела интересной, и я задавался вопросом, кто она. Я не спрашивал, потому что я был уверен, что кто-нибудь будет разговаривать с ней во время еды.
Нас было двенадцать, в том числе и самих Сэнгстонов. Мы все были молоды – или пытались быть молодыми. Джек и Вайолет Сэнгстон были самыми старшими, а их семнадцатилетний сын Реджи был самым младшим. Именно Реджи предложил Сми, когда разговор перешел к играм. Он рассказал нам правила игры, так же, как я описал их к вам. Джек Сэнгстон предупредил всех нас. «Если вы собираетесь играть в игры в темноте», сказал он, «пожалуйста, будьте осторожны на задней лестнице на первом этаже. Девочка действительно сломала шею на этой лестнице». Я спросил, как это случилось.
«Это было около десяти лет назад, прежде чем мы приехали сюда. Была вечеринка, и они играли в прятки. Эта девочка искала, где спрятаться. Она услышала, как кто-то приближается, и побежала по коридору, чтобы ускользнуть. Она открыла дверь, думая, что она ведет в спальню, и упала прямо к основанию лестницы».
Мы все обещали быть осторожными. Ну, и после ужина мы все начали игру.
Мы подготовили двенадцать листов бумаги. Одиннадцать из них были пусты, а на одном было написано Сми. Молодой Реджи Сэнгстон перемешал их, а затем каждый из нас взял по одной. Я посмотрел на свой листок, и увидел, что он был пустым. Через минуту свет погас.
В темноте я услышал, как кто-то очень спокойно движется к двери.
Через минуту кто-то дунул в свисток, и мы все бросились к двери. Я понятия не имел, кто был Сми. В течение пяти или десяти минут мы все бегали вниз и вверх по дому, бросая вызов друг другу и отвечая: Сми? — Сми!
Через некоторое время, шум утих, и я догадался, что кто-то нашел Сми.
Через некоторое время я обнаружил группу людей, сидящих на узкой лестнице. Я бросил вызов, и не получил никакого ответа. Так что Сми был там.
Я поспешно присоединился к группе. Джек Сэнгстон был последним прибывшим, и заплатил неустойку.
«Я думаю, что мы все сейчас здесь, не так ли?», заметил он. Он зажег спичку, посмотрел вверх по лестнице и начал считать.
«… Девять, десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать», сказал он, а потом рассмеялся. «Это глупо, на одного больше!»
Спичка догорела, он зажег еще одну и стал считать. Он дошел до двенадцати и выглядел озадаченным.
«Здесь тринадцать человек!», сказал он, «Я себя еще не посчитал».
«Ах, ерунда!», я рассмеялся. «Ты, наверное, начал с себя и теперь хочешь посчитать себя дважды».
Его сын достал свой электрический фонарик. Он светил лучше, чем спички, и мы все начали считать. Конечно, нас было двенадцать. Джек рассмеялся. «Ну», сказал он, «я был уверен, что насчитал тринадцать».
С полпути вверх по лестнице Вайолет Сэнгстон говорила нервно. «Я думал, что кто-то сидит на два шага выше меня».
Только на мгновение в воздухе было что-то неудобное. Холодный палец, казалось, коснулся всех нас. Потом мы смеялись над собой и снова чувствовали себя нормально.
Нас было только двенадцать, и это было точно. Все еще смеясь, мы побежали обратно в гостиную, чтобы начать снова.
На этот раз я был Сми. Вайолет Сэнгстон нашла меня, когда я искал укромное местечко. Эта игра продолжалась недолго. Вскоре было двенадцать человек, и игра была закончена. Вайолет почувствовала холод, и хотела надеть куртку. Ее муж пошел в спальню, чтобы взять ее. Как только он ушел, Реджи тронул меня за руку. Он был очень бледен. «Быстро!», прошептал он, «Я должен поговорить с тобой. Что-то ужасное случилось».
Мы вошли в столовую. «В чем дело?», спросил я.
«Я не знаю. Ты был Сми в прошлый раз, не так ли? Ну, конечно, я не знаю, кто был Сми. В то время как мать и другие побежали к западной стороне дома и нашли тебя, я пошел на восток. В моей спальне есть глубокий шкаф. Он показался хорошим местом, чтобы спрятаться. Я думал, что, возможно, Сми может быть там. Я открыл дверь в темноте — и коснулся чьей-то руки. «Сми?», прошептал я. Ответа не было. Я думал, что нашел Сми.
«Ну, я не понимаю, но у меня вдруг появилось странное, холодное чувство. Я не могу описать это, но я чувствовал, что что-то было не так. Я включил свой электрический фонарик, и там никого не было. Что ты думаешь?». «Тебе показалось, что ты дотронулся до руки», сказал я.
Он издал смешок. «Я знал, что ты это скажешь», сказал он, «Конечно, мне показалось. Это единственное объяснение, не так ли?»
Вместе мы вернулись в гостиную, чтобы начать следующую игру Сми. Остальные были готовы и ждали, чтобы начать снова.
У меня было такое ощущение, что никто больше не наслаждался игрой, что-то было не так. Вся радость ушла из игры. Почему у меня было такое чувство? Потому что Джек Сэнгстон насчитал тринадцать человек вместо двенадцати? Потому что его сын думал, что он коснулся чей-то руки в пустом шкафу для одежды? Что-то глубоко внутри меня пыталось предупредить меня. «Берегись», шептало оно, «Береги себя».
Ну, мы начали снова. В то время как мы все искали неизвестное Сми, мы шумели, как всегда. Но мне казалось, что большинство из нас просто притворялись. Мы больше не наслаждались игрой. Сначала я был со всеми. Но в течение нескольких минут не было найдено ни одного Сми. Я покинул основную группу и начал искать на первом этаже в западной стороне дома. И там, в то время как я чувствовал свой путь вперед, я врезался в пару человеческих коленей.
Я протянул руку и коснулся мягкой, тяжелой занавески. Тогда я понял, где я был. В конце коридора были высокие, глубокие окна с подоконниками. Кто-то сидел в углу одного из подоконников за занавеской.
«Ага», подумал я: «Я поймал Сми». Я сдвинул занавеску на одну сторону — и прикоснулся к руке женщины. На улице была темная, безлунная ночь, так что я не мог видеть женщину.
«Сми?», прошептала я.
Ответа не было. Когда Сми брошен вызов, он — или она — не отвечает. Так что я сел рядом с ней, чтобы ждать остальных. Тогда я прошептал: «Как тебя зовут?»
И из темноты рядом со мной раздался шепот: «Бренда Форд».
Я не знал имя, но я сразу догадался, кто она. Это была высокая, бледная, темноволосая девушка. Так вот она сидела рядом со мной на подоконнике, закрытая между тяжелым занавесом и окном. Я начал получать удовольствие от игры. Я задавался вопросом, получает ли она удовольствие тоже. Я прошептал один или два довольно простых вопросов к ней, и не получил никакого ответа.
Сми это игра молчания. Это правило игры, что человек или люди, которые нашли Сми, должны молчать. Это для того, чтобы другим было сложнее найти их. Но поблизости никого не было. Поэтому я удивлялся, что она не хотела говорить. Я снова заговорил и не получил никакого ответа. Я начал чувствовать себя немного раздраженным. «Возможно, она одна из тех холодных, умных девушек, которые имеют плохое мнение обо всех людях», подумал я. Я ей не нравлюсь, и она использует правила игры в качестве оправдания своего молчания. Ну, если ей не нравится сидеть здесь со мной, то я, конечно, не хочу сидеть с ней! Я отвернулся от нее. «Я надеюсь, что кто-то найдет нас ближайшее время», подумал я.
Когда я сидел там, я чувствовал себя некомфортно рядом с ней. Было ощущение чего-то неправильного, неестественного. Я вспомнил прикосновение к ее руке, и я дрожал от ужаса. Я хотел вскочить и убежать. Я молился, чтобы кто-то еще пришел сюда в ближайшее время.
Только тогда я услышал легкие шаги в коридоре, и женская рука коснулась моего плеча. «Сми?», прошептал голос, который я узнал сразу. Это была миссис Горман. Конечно, она не получила никакого ответа. Она пришла и села рядом со мной, и я сразу почувствовал себя гораздо лучше.
«Это Тони Джексон, не так ли?», прошептала она.
«Да», прошептал я в ответ.
«Ты не Сми, не так ли?»
«Нет, она с другой стороны».
«Эй, Сми», сказала она, «Как ты? Кто ты? О, говорить против правил? Не возражаешь, Тони, если мы нарушим правила? Ты знаешь, Тони, эта игра начинает раздражать меня немного. Я надеюсь, что они не собираются играть в нее весь вечер. Я хотела бы играть в хорошую тихую игру со всеми вместе рядом с теплым огнем».
«Я тоже», согласился я.
«Есть что-то довольно нездоровое в этой игре. Я не могу избавиться от ощущения, что у нас есть лишний игрок … кто-то, кто не должен быть здесь вообще».
Это было именно то, что я чувствовал, но я не сказал об этом.
«Интересно, когда другие найдут нас?», спросила миссис Горман.
Через некоторое время мы услышали топот ног, и голос молодого Реджи закричал: «Эй, эй! Есть там кто-нибудь?»
«Да», ответил я.
«Миссис Горман с тобой?»
«Да».
«Что с вами случилось? Вы оба должны платить неустойку. Мы все ждали Вас в течение нескольких часов».
«Но вы еще не нашли Сми», сказал я.
«Ты имеешь в виду, ты не нашел. В этот раз я был Сми».
«Но Сми здесь с нами!», закричал я.
«Да», согласилась миссис Горман.
Занавеска была откинута назад, и мы сидели, глядя на электрический фонарик Реджи. Я посмотрел на миссис Горман, а затем в другую сторону. Между мной и стеной было пустое место на подоконнике.
«Там кто-то был», сказал я, «потому что я прикоснулся к ней».
«Я тоже», сказала миссис Горман, дрожащим голосом.
Реджи издал нервный смешок. Я вспомнил его неприятный опыт ранее в тот же вечер. «Кто-то шутит», сказал он, «Вы спускаетесь?»
Когда мы спустились в гостиную, я подошел к высокой, темноволосой девушке.
«Ты претворялась Сми, а потом ушла!», обвинил ее.
Она покачала головой.
После этого мы все играли в карты в гостиной, и я был очень рад. Некоторое время спустя, Джек Сэнгстон захотел поговорить со мной. Я видел, что он был довольно зол на меня, и вскоре он рассказал мне причину.
«Тони», сказал он: «Если ты влюблен в миссис Горман, это ваше дело, но вы заставили всех ждать. Это было очень грубо с твоей стороны!».
«Но мы были не одни!», запротестовал я. «Там был тот, кто претворялся Сми. Я считаю, что это была та высокая, темноволосая девушка, мисс Форд. Она прошептала мне свое имя. Конечно, она отказалась признать это впоследствии.
Джек Сэнгстон уставился на меня. «Мисс кто?», выдохнул он.
«Бренда Форд, она сказала».
Джек положил руку мне на плечо. «Послушай, Тони», сказал он, «Я не против пошутить, но достаточно. Мы не хотим волновать дам. Бренда Форд это имя девушки, которая сломала шею на лестнице. Она играла в прятки здесь десять лет назад».